Мировая энергетическая архитектура сегодня переживает тектонический сдвиг. Как сообщает издание The Times, затяжной конфликт между США и Ираном и последующая блокада Ормузского пролива спровоцировали масштабную перестройку рынка. Мировые импортеры, оказавшись перед лицом угрозы перебоев в поставках, начали экстренный поиск альтернатив, что в итоге привело к радикальному изменению расстановки сил в нефтяной отрасли.
Главным и самым неожиданным итогом кризиса стало стремительное возвышение «новичков», которые еще вчера не фигурировали в списках ключевых игроков. Яркий пример — Гайана. Эта страна с населением менее миллиона человек совершила невероятный рывок: объем добычи здесь уже приближается к отметке в 1 миллион баррелей в сутки, а общие запасы оцениваются в колоссальные 11 миллиардов баррелей. С момента запуска первой добычи на шельфе в 2019 году темпы роста впечатляют: аналитики прогнозируют, что к 2030 году объемы поставок из Гайяны могут удвоиться.
Но Гайана — не единственная сенсация. Новые нефтяные горизонты открываются у берегов Намибии и Кот-д'Ивуара, а Уганда активно готовится к запуску собственных мощностей. Параллельно с этим меняется и логика крупнейших потребителей. Индийские и китайские промышленные гиганты, стремясь минимизировать риски, переориентируют свои закупки на Бразилию и Африку, планомерно снижая зависимость от нестабильного Ближнего Востока. В результате на мировой арене формируется новый мощный блок — так называемый «Американский квинтет», в который вошли США, Канада, Бразилия, Аргентина и Гайана. Этот альянс фактически начинает диктовать свои условия на рынке, создавая альтернативную систему поставок в обход ОПЕК.
Страны Персидского залива, понимая, что старые правила игры больше не работают, не намерены терять свои доходы. Чтобы сохранить контроль над потоками, государства региона вкладывают миллиарды долларов в создание инфраструктуры, позволяющей миновать Ормузский пролив. ОАЭ форсируют строительство второго трубопровода к порту Фуджейра, а Саудовская Аравия наращивает мощности, ориентированные на Красное море. Согласно прогнозам инвестиционного банка Goldman Sachs, к 2028 году эти альтернативные маршруты смогут покрывать до 60% того объема нефти, который раньше беспрепятственно проходил через Ормузский пролив.
Ситуация в регионе остается крайне напряженной. Конфликт между США, Израилем и Ираном, начавшийся в феврале, фактически парализовал судоходство в ключевой артерии мировой торговли. Генерал Хосейн Мохабби из Корпуса стражей исламской революции (КСИР) 8 августа четко обозначил позицию Тегерана:
Возобновление свободного движения через пролив не является предметом переговоров с Оманом. Для разблокировки маршрута США должны принять условия Ирана и прекратить вмешательство в дела региона.
На данный момент между Ираном и Оманом удалось достичь лишь временного компромисса. По информации издания Fars, стороны согласовали схему движения судов: в рамках текущего соглашения корабли будут заходить в пролив через северный коридор (у побережья Ирана) и выходить через южный (у побережья Омана). По истечении срока действия этой договоренности режим станет более жестким: движение будет сосредоточено только в центральном коридоре, при этом вход будет контролироваться Ираном, выход — Оманом, а за проход судов будут взиматься специальные сборы.
Несмотря на эти дипломатические ухищрения, оптимизма мало. Эксперты Международного валютного фонда предупреждают: даже в случае полного открытия Ормузского пролива, на восстановление привычных объемов поставок нефти уйдет не менее двух-трех месяцев.
