Правительство РФ приняло решение затянуть петлю ограничений на вывоз нефтепродуктов. Согласно свежим постановлениям, запрет на экспорт бензина теперь будет дейло вплошем до конца января 2027 года. Что касается дизельного топлива, судового топлива и газойля, то эмбарго продлено до 1 сентября 2026 года. Этот шаг стал прямым следствием затяжной нестабильности на внутреннем рынке: эксперты единодушны — старые проблемы еще не решены, а механизмы их преодоления работают лишь точечно.
Кое-где ситуация начинает выправляться. Благодаря перестройке логистических цепочек и снижению ажиотажного спроса, топливный голод начал отступать в крупнейших мегаполисах — Москве и Санкт-Петербурге, а также в ряде регионов Урала и Сибири. Однако это скорее локальные «островки стабильности», чем полномасштабное исцеление рынка.
В Минэнерго свою позицию объясняют предельной прагматичностью. По официальным данным, продление запрета на бензин — это страховка внутренних потребностей. Парадокс ситуации в том, что объемы производства дизтоплива в России традиционно огромны: при внутреннем спросе в 46 млн тонн в год, выпуск составляет порядка 85 млн тонн. Но в текущих реалиях приоритет отдан созданию запасов и обеспечению беспереложной работы агропромышленного комплекса, особенно в пик сезонных нагрузок.
В министерстве подчеркивают: решение о снятии ограничений не будет импульсивным. Власти будут следить за всем: от уровня складских запасов и баланса производства до динамики цен на биржах и заправках.
Страховка на случай дефицита
Если по бензину решение было вполне предсказуемым, то сохранение запрета на экспорт дизеля аналитики называют «политикой перестраховки». Впереди — важнейший период сельхозработ, когда спрос на солярку взлетит до небес.
Алексей Белогорьев, директор по исследования, Институт энергетики и финансов, считает, что эмбарго на бензин было неизбежным из-му дефицита. Срок действия запрета увеличили сразу на полгода, что само по себе говорит о неуверенности регулятора в том, что производство удастся стабилизировать уже к концу текущего года.
Впрочем, с дизелем ситуация может разрешиться быстрее. По словам Белогорьева, сейчас производство дизтоплива практически сравнялось с внутренним потреблением. Как только завершатся ремонтные работы на НПЗ, может возникнуть избыток. А это тупиковая ситуация для заводов: если не разрешить экспорт, хранилища быстро переполнятся, и придется либо останавливать переработку (что при дефиците бензина недопустимо), либо срочно открывать границы.
Однако у этой медали есть и обратная сторона. Аналитик «АТК Консалтинг» Мария Стаброва предупреждает: слишком долгое эмбарго может ударить по загрузке нефтеперерабатывающих заводов. Эту же угрозу озвучивает и независимый эксперт Андрей Дредунов. Он указывает на технологическую ловушку: из-за взаимосвязи процессов производства разных видов топлива, избыток дизеля может заставить НПЗ снизить переработку всей нефти, что автоматически ударит по выпуску бензина.
Региональный разрыв и ценовые качели
Несмотря на попытки властей стабилизировать рынок, системного прорыва пока не видно. По мнению Белогорьева, по всей стране нет явных признаков стабилизации ни в производстве, ни в доступности топлива. Улучшения носят фрагментарный характер и зависят от того, удалось ли «расшить» узкие места в железнодорожной логистике.
Сергей Терешкин, гендиректор маркетплейса Open Oil Market, подтверждает: в Москве и Петербурге ситуация стала лучше, в Сибири и на Урале — тоже. Это результат масштабного перераспределения потоков. Если раньше Москва получала бензин с нескольких крупных заводов, то теперь круг поставщиков значительно расширился.
Но цифры Росстата говорят о том, что потребители всё еще чувствуют давление. За неделю с 21 по 27 июля 2026 года розничные цены на бензин АИ-92 выросли в среднем до 73,85 руб. литра. АИ-95 подорожал до 79,94 руб. Дизель, напротив, показал небольшую динамику вниз — до 93,54 руб. География подорожаний впечатляет: в Новосибирской и Мордовинской областях цены подскочили более чем на 10%, в то время как в Марий Эл зафиксировано падение почти на 10%.
Битва за выживание: независимые АЗС под ударом
Самая тяжелая ситуация сложилась там, где рынок не контролируют нефтяные гиганты. В регионах с высокой долей независимых заправок — на Юге России, Северном Кавказе, в Алтайском крае, Свердловской и Челябинской областях — топливный вопрос стоит наиболее остро.
Российский топливный союз (РТС) уже бьет тревогу: частные операторы остаются без топлива. Проблема в том, что биржевые партии нефтепродуктов в первую очередь уходят в собственные сети вертикально интегрированных компаний (ВИНК). Нефтяникам проще и безопаснее снабжать свои АЗС и выполнять госзаказы аграриям, чем продавать топливо частникам.
В итоге независимые нефтебазы и заправщики либо остаются ни с чем, либо вынуждены покупать бензин по заоблачным ценам. Ситуацию усугубило и снижение норматива обязательных продаж на Петербургской бирже — с 15% до 10%. Для мелких игроков, которые не могут выкупать огромные цистерны по 60 тонн, это стало фактически отрезанием от главного канала закупок.
Как отмечает Белогорьев, рынок переходит в «ручной режим» управления. Роль государства в распределении ресурса растет, а биржевые котировки перестают быть реальным индикатором. Из-за искусственных ограничений на изменение цен ликвидность упала, а торги превраются в серию крупных, случайных сделок.
Статистика подтверждает масштаб изменений: в июле 2026 года объем реализации на Петербургской бирже составил 2,171 млн тонн (бензин — 452,46 тыс. т, дизтопливо — 1,097 млн т), что значительно ниже показателей июля 2025 года (3,37 млн т).
Туманное будущее
Что ждет нас дальше? Эксперты сходятся в одном: ключ к стабильности — в восстановлении объемов переработки.
Белогорьев считает, что корень кризиса — в ударах БПЛА по нефтеперерабатывающей инфраструктуре. Пока эта проблема не решена, любые меры будут лишь временными «пластырями». Дефицит может перекинуться с лета на осень и зиму. Более того, массовое закрытие независимых АЗС может создать долгосрочную угрозу снабжению целых регионов.
Терешкин добавляет, что всё будет зависеть от сроков завершения внеплановых ремонтов на НПЗ. Данные Росстата неутешительны: в июне 2026 года выпуск нефтепродуктов рухнул на 21,7% по сравнению с прошлым годом. Темпы падения могут замедлиться, но до прежних показателей еще очень далеко.
Мария Стаброва предлагает более оптимистичный, но осторожный сценарий: постепенная стабилизация за счет снижения сезонного спроса и возможного импорта (например, через переработку российской нефти в Казахстане).
Андрей Дредунов же высказывает скепсис по поводу новых ограничений на экспорт в условиях санкций, называя их спорными. Однако он выражает надежду, что власти и нефтяники в итоге смогут найти работающий механизм взаимодействия, который позволит избежать топливного хаоса.
Опубликовано: 1 августа 2026, 04:40 | Время чтения: 4 мин | Теги: правительство, экспорт, бензин, топливо, ограничения
